Вернуться в главное меню | на исторические сведения | к списку статей

К 55-летию освобождения Каменца-Подольского
РАТНЫЙ ПОДВИГ ТАНКИСТОВ

Под ярмом оккупации

Захватив 10 июля 1941 года Каменец-Подольский, немецко-фашистские захватчики установили здесь, как и в других оккупированных районах Украины, кровавый "новый порядок". Город стал центром "Крайзгебита" (округа), в который входили пять районов южной части области. Гебитскомиссаром назначен заядлый нацист РАЙНДЛЬ, человек жестокий и лютый. В городе действовал и орган местного "самоуправления", но бургомистр не выбирался, а назначался из числа тех, кто готов был служить оккупантам. Он был по сути одним из чиновников аппарата гебитскомиссара.

Немецкий рейх, как и любая страна с тоталитарным режимом, был полицейской державой. Поэтому Райндль, исполняя роль каменец-подольского правителя, опирался на многочисленные карательные органы: СД, политическую полицию (гестапо), полицию порядка, вспомогательную полицию, жандармерию, зондеркоманды СС, подразделения охранных войск.

Одной из основных функций оккупационных властей было "умиротворение" местного населения. В переводе на обычный язык это значило уничтожение "врагов рейха" - евреев, компартийных работников, комиссаров Красной Армии, советских активистов, всех тех, кто оказывал сопротивление фашистскому режиму.

Немецкая бомбардировочная авиация, базировавшаяся на аэродромах в северной Румынии, получила задание приступить к уничтожению евреев в Каменце-Подольском еще до того, как начнется наступление немецких, румынских и венгерских войск от Прута в северном и северо-восточном направлениях.

Нацистам было известно, что значительная часть каменец-подольских евреев живет в центральной части Старого города. И когда немецкая авиация совершила первый массированный налет на наш город (это случилось 30 июня 1941 года), то дотла были разрушены как раз жилые дома на Центральной площади и улице Розы Люксембург (теперь ул.Долгой).

Учитывая то, что Каменец-Подольский располагался на значительном расстоянии от главных железнодорожных магистралей и больших городов, рейхскомиссар Гимлер поручил Райндлю устроить в Каменце-Подольском гетто для последующего уничтожения венгерских евреев.

С июля аж до конца 1941 года как гетто служил весь Старый город, откуда оккупанты выселили всех жителей. А рассстреливали их на северных окраинах города, возле бывших пороховых складов и в том месте теперешнего Жовтнэвого массива, в котором образовалась большая площадь. Здесь фашистские нелюди рассстреливали местных евреев, не успевших эвакуироваться в советский тыл. Бедолашных свозили в гетто из Старой Ушицы, Орынина, Смотрича, Жванца и других мест. Они вместе с венгерскими евреями ждали здесь своего трагического конца. В этом месте и возле домов бывшей школы пограничников, расположенных на восточной окраине города, убивали и героев Каменец-Подольского антифашистского подполья, бывших партийных и советских активистов, военнопленных.

Самое ужасное преступление совершили Райндль и его подручные в конце 1942 года. Райндль приказал полиции выявить детей смешанных браков (евреев с украинцами, русскими, поляками), отправить их на еврейское кладбище и там уничтожить. Но гестаповцы и шуцманы не стали тратить патроны. Загнав около 500 бедолашных детей в возрасте от 5 до 12 лет в глубокую яму, заживо похоронили их.

За время оккупации нашей области немецко-фашистскими захватчиками в Каменце-Подольском были расстреляны 79 тыс. граждан еврейской, украинской, русской и польской национальностей, 6 тыс. советских военнопленных.

Цели тотального уничтожения "врагов рейха" и очищения украинской земли от населения подчинялась и продовольственная политика правителей рейха. Карточки на право получения пищевого пайка выдавались лишь работающим. А поскольку в Каменце-Подольском действовали только несколько предприятий, которые перерабатывали продукцию земледелия, в том числе табак (наша табачная фабрика как раз и работает с того времени), то в промышленности города было занято около одной тысячи человек при 30-тысячном населении. Были безработными и учителя (в конце 1941 года закрыли все учебные заведения), работники культуры и большая часть медиков.

Тем, кто работал, выдавались мизерные пайки - по 150-200 грамм хлеба в день и 1-2 килограмма круп в месяц. Безработные не получали помощи. Они вынуждены были спасать свою жизнь обменом своей одежды, белья, обуви, другого имущества на продукты питания или переселяться в сельскую местность.

В результате постоянного недоедания в городе распространялись так наываемые социальные болезни - дистрофия, туберкулез. Стремительно возростало количество заболеваний сыпным и брюшным тифом, дифтеритом. Все упомянутые факторы привели к тому, что население Каменца-Подольского с июля 1941 до апреля 1944 года сократилось с 37 тысяч до 11 тысяч.

Фашисты нанесли Каменцу-Подольскому большой материальный ущерб. Они взорвали железнодорожный вокзал, корпус швейной фабрики, здание бывшего института народного образования, водолечебницу, разрушили 560 жилых домов. Общая сумма убытков, нанесенных оккупантами хозяйству города, составила 157 млн.руб.

Несмотря на экономический упадок нашего города в период оккупации, он не утратил военно-стратегического значения. Ведь от Каменца-Подольского брала начало одноколейная железная дорога, связывавшая среднее Поднестровье с магистралями Одесса-Львов, Киев-Брест. Он был узлом густой сети шоссейных дорог, которые вели на юг к Жванецкой переправе, на запад - к Кудринцам и Скале-Подольской, на север - к Проскурову, на северо-восток - через Дунаевцы и Новую Ушицу к Виннице.

Вот почему гитлеровское командование в начале 1944 года объявило Каменец-Подольский "крепостью". Это означало, что его гарнизон в случае отхода немецких войск должен защищать город продолжительное время.

Еще осенью 1943 года, когда наши войска вышли к Днепру и местами форсировали его, генерал-фельдмаршал Е.Манштейн приказал начать сооружение вокруг Каменца-Подольского укреплений. Тогда появились противотанковые рвы, траншеи, минные поля на северных и восточных окраинах города. К обороне были приспособлены башни и другие сооружения Старой и Новой крепостей, бастионы Старого города.

Немецкий гарнизон пополнился полевыми частями, артиллерийскими, минометными и пулеметными подразделениями. Когда советские войска подошли к Каменцу-Подольскому, в его гарнизоне насчитывалось 5 тыс. солдат и офицеров, 64 танка, штурмовые пушки, 80 полевых пушек, около 400 пулеметов.

Взятый в плен во время штурма города немецкий унтер-офицер ПАУЛЬС рассказал:
- Наши офицеры неоднократно подчеркивали, что от того, сумеют или не сумеют немецкие части удержать Каменец-Подольский, зависит жизнь многих тысяч наших солдат, отходящих за Днестр. Ценой собственной жизни мы должны были выполнить приказ генералов - не сдавать Каменец-Подольский, в крайнем случае до того момента, пока переправятся через Днестр наши главнейшие силы. Имея приказ удерживать город до последнего солдата, мы открыто называли себя "смертниками".

РЕЙД В КАМЕНЕЦ-ПОДОЛЬСКИЙ

После того, как обескровленные в напряженных боях на линии Проскуров-Тернополь немецкие танковые и пехотные дивизии прекратили контрнаступление, советское командование приняло решение провести завершающий этап Проскуровско-Черновецкой операции войск 1-го Украинского фронта.

В этот раз в состав ударной группы наших соединений вошли 1-я и 4-я танковые армии генералов М.КАТУКОВА и Д.ЛЕЛЮШЕНКА и два стрелковых корпуса 60-й армии генерала И.ЧЕРНЯХОВСКОГО.

Хорошо укомплектованная 1-я танковая армия должна была выполнить важнейшее задание нашей ударной группы войск - при помощи 4-й танковой армии и стрелковых соединений прорвать оборону врага южнее Скалата Тернопольской области и, развивая стремительное наступление в южном направлении, рассечь тылы вражеской 4-й танковой армии генерала Рауса вплоть до Карпат.

Поскольку наша 4-я танковая армия понесла большие утраты на начальном этапе наступательной операции, то перед ней ставилось более ограниченное задание - овладеть районом Каменца-Подольского и действующей Жванецкой переправой на Днестре.

Хотя обе наши танковые армии в связи с весенним бездорожьем чувствовали перебои в снабжении их топливом и боеприпасами, они начали наступление в указанный срок в полдень 21 марта.

В полосе ударной группы войск 1-го Украинского фронта враг оказывал отчаянное сопротивление, местами переходил в контратаки, но уже в первые часы наступательных действий наши соединения освободили Скалат, на следующий день - Грымайлов. 23 марта танкисты генерала М.Катукова завязали бой за Чертков, а генерала Д.Лелюшенка - овладели Гусятином и Скалой-Подольской.

Основные силы 4-й танковой армии, оставив в Гусятине 62-ю танковую бригаду полковника С.ДЕНИСОВА с целью блокировать попытки проскуровской группы противника прорваться на запад, с утра 24 марта двинулись в рейд к Каменцу-Подольскому. Со стороны Скалы-Подольской в направлении Орынина мчала 63-я Челябинская танковая бригада полковника М.ФОМИЧОВА, а 17-я механизированная бригада полковника М.МЕДВЕДЕВА продвигалась от Скалы-Подольской до Мельницы-Подольской, чтобы прорваться к Жванецкой переправе. Задание овладеть Жванцем и понтонным мостом на Днестре эта бригада успешно выполнила 25 марта с помощью 126-го отдельного танкового полка и батальона автоматчиков 16-ой мехбригады.

Стремительно преодолевали расстояние до Каменца-Подольского подразделения 61-й Свердловской танковой бригады полковника М.Жукова, которые продвигались впереди основных сил 4-й танковой армии. Они смело вступали в бой с вражескими отрядами, созданными противником в больших населенных пунктах.

Первый бой передового отряда этой бригады произошел в полдень на северной окраине Чемеровец. При первых же выстрелах наших танков обслуга немецких пушек и пулеметов разбежалась, и путь к Каменцу-Подольскому стал открыт. В Почапинцах танковая бригада разгромила штаб немецкой 7-й танковой дивизии, в Лянцкоруне - роту "тигров" и колонну автомашин, двигавшихся в сторону Скалы-Подольской.
Гитлеровские генералы сделали попытку остановить войска 4-й танковой армии. Три часа фашистские "юнкерсы" бомбардировали колонны наших войск в Жерде и вблизи него. С нашей стороны были потери, однако уже вечером танковые и механизированные бригады снова пошли вперед.

А тем временем Челябинская бригада, овладев Орынином, а потом хутором Козак, стала медленно продвигаться по Должку в направлении крепости. К командиру одного из подразделений батальона автоматчиков подошел местный житель В.ВОСПЬЯНСКИЙ, который предложил пробраться к развилке дорог у спиртзавода и там ударить по вражеским войскам, которые сплошной колонной отходили в сторону Жванца за Днестр. В нужное место три танка провел Воспьянский, а роту автоматчиков - его 16-летняя дочь Наталия.

Наши танки и пехотинцы, заняв удобные позиции на пригорках у спиртзавода, по команде открыли огонь по фашистской колонне изо всех видов оружия - пушек, пулеметов, автоматов. Сначала загорелись бензовозы, а потом - другие автомашины. Через час горела вся колонна от спиртзавода до крепости.

Этой ночью челибинцы захватили весь Должок, Янчинцы (Колыбаевку), Татарыски и Кубачевку (теперь с.Смотрич).
А тем временем в Должок вошли подразделения 61-й Свердловской танковой и 49-й механизированной бригад. Они вернули в сторону Зиньковец, которые немцы превратили в крепкий узел обороны. Неожиданное появление наших танков с зажженными фарами вызвало панику среди фашистов. Безпорядочно отстреливаясь, они бежали до Белановки и Польских фольварок. На поле боя враг оставил 56 пушек и минометов, много пулеметов, около 200 убитых и раненых.

ПРОРЫВ В СТАРЫЙ ГОРОД

На следующий день штаб танковой армии разместился в Орынине, а командарм Д.Лелюшенко прибыл в Должок. Нужно было выяснить оперативную обстановку и ответить на вопрос - штурмом брать город немедленно или подождать подхода полков одной из дивизий 30-го стрелкового корпуса генерала Г.ЛАЗЬКА, который переходил в подчинение командования 4-й танковой армии.

Когда же наши разведчики (это были бывшие каменчане, которые в 30-х годах с комсомольскими путевками выехали на уральские новостройки) доложили, что Каменец-Подольский окружен с севера, востока и юго-востока противотанковыми рвами и минными полями, а основные силы вражеского гарнизона сосредоточены на северной окраине города и в районе железнодорожного вокзала, генерал решил брать город силами одной танковой армии, не нарушая древней традиции восточных славян - наносить удар по врагу там, где он его не ждал.

Такое решение командарм принял, хотя после тяжелых боев за Волочиск, железнодорожную станцию Войтовцы, Скалат войска 4-й танковой армии вошли в район Каменца-Подольского в осень ослабленном составе. Как свидетельствуют боевые донесения штаба армии, адресованные маршалу Г.ЖУКОВУ, численность личного состава Уральского танкового корпуса составляла лишь одну десятую часть штатной, а количество боевой техники - пятую часть. Не хватало дизельного топлива и особенно - боеприпасов, так как в связи с нелетной погодой транспортная авиация не могла доставлять грузы, необходимые войскам.

В танковых и механизированных частях, которые должны были штурмовать город, насчитывалось всего 708 бойцов, 67 танков, 34 пушки, 55 минометов. Преимущество немцев было значительное в полевых пушках, пулеметах, а в живой силе - почти пятикратное.

Основные силы 6-го гвардейского механизированного корпуса генерала О.АКИМОВА должны были форсировать Смотрич около Татарысок и Цибулевки, а на Свердловскую танковоую и Унечскую мотострелковую бригады возлагалось задание овладеть крепостью и прорваться в Старый город, использовав Замковый мост.

Но первым вступил в бой 1-й мотострелковый батальон 16-й мехбригады полковника В.РЫВЖА, усиленный танками, артиллерией и минометами. Он пошел в наступление со стороны Пудловец в 16 часов, на час раньше начала общего штурма города, чтобы дать понять противнику, что "основной" удар советские войска нанесут таки с севера, откуда он и был ожидаем. Основные же силы танковой армии начали наступление в 17 часов после залпа "катюш" и короткой артиллерийской подготовки с запада, юга и юго-востока.

Чрезвычайно трудным было задание овладеть крепостью, Замковым мостом и ликвидировать узел сопротивления противника, созданный там, где сохранились остатки когда-то могучих Армянских бастионов. Но и это задание уральцы выполнили с честью.

Автоматчики Унечской бригады, поддерживаемые артиллерийским дивизионом капитана С.ХУДЯКОВА и танками Свердловской бригады, сначала прижали фашистов к валам Новой крепости, а потом погнали их к Замковому мосту. Когда наши пехотинцы поняли, что гитлеровцы не собираются защищать Старую крепость, они, перебив охрану моста, на плечах отступающего врага ворвались в Старый город и возле старых городских ворот захватили плацдарм.

А в это время артиллерийская батарея лейтенанта Я.ХАРДЫКОВА открыла прицельный огонь по вражеских скорострельных пушках, минометах и пулеметах, которые закрепились на Армянских бастионах. Огонь наших артиллеристов был настолько метким, что в считанные минуты этот узел сопротивления врага перестал существовать. Бойцы саперного взвода Унечской бригады под командованием лейтенанта ДЕМИДЕНКОВА приступили к разминированию Замкового моста. Когда саперы закончили свою работу, по мосту на предельной скорости промчали первые два танка старшего лейтенанта, Героя Советского Союза В.ЗИНЧЕНКА и лейтенанта И.ЗАИКИНА, а за ними - другие. К огромному сожалению, когда танкисты Свердловской бригады и автоматчики Унечской мотострелковой бригады начали зачистку южной части Старого города от гитлеровцев, один из фашистских "тигров" прошил борт танка Героя Советского Союза, и он и другие члены экипажа боевой машины погибли.

Основные силы врага, удерживавшие Старый город, старались остановить советские танки у руин домов на Центральной площади. Но и оттуда им пришлось бежать.

Гитлеровцы сделали попытку использовать последний рубеж обороны возле Ветряных ворот. Но наши автоматчики захватили Скорняжную башню и перекрыли путь отхода противника к Старому (польско-фольварецкому) мосту. До десятого часа вечера немецкие подразделения, зажатые уральцами со всех сторон, сложили оружие.

Взятие крепости и Старого города в Каменце-Подольском стало одной из ярчайших страниц славной боевой истории Уральского танкового корпуса.

ШТУРМ НОВОГО ПЛАНА

Командование вражеского гарнизона поверило в то, что основные силы советских войск собираются форсировать Смотрич возле Пудловец, овладеть усадьбой совхоза (теперь учхоз аграрно-технической академии) и отсюда нанести главный удар. Вот почему немцы проворонили момент выхода наших основных сил одновременно на Русские фольварки и юго-восточные окраины города. Пока немецкие полковники думали над вопросом, откуда ждать главный удар, наши танкисты и пехотинцы достигли решающего успеха.

Общее командование частями, которые вели наступление с юго-востока, проводил командир 49-й мехбригады полковник П.ТУРКИН. Еще на рассвете 25 марта он приказал бойцам саперного взвода отыскать места, удобные для переправы танков и пехоты через Смотрич. Это задание было успешно выполнено с помощью местных жителей.

Войска, сосредоточенные на Татарысках и в Кубачевке, перешли в наступление одновременно с бригадами Уральского танкового корпуса после залпа "катюш".

Второй мотострелковый батальон капитана СЕДИНА из 49-й мехбригады и подразделения 29-го отдельного танкового полка полковника К.СЕРГЕЕВА с самоходными пушками и минометами форсировали Смотрич возле Цибулевки и, продвигаясь вдоль противотанкового рва, достигли железнодорожного переезда около Мукши-Китайгородской (села Жовтневого). Здесь противник устроил крепкий узел обороны. Удар наших "тридцатьчетверок" и самоходных пушек, поддержанный автоматчиками, был настолько мощным и неожиданным, что немцы растерялись и отступили, открыв нашим штурмовым группам путь к центру Нового плана.

С юга наступление развивали два батальона 49-й мехбригады, 127-й отдельный танковый полк подполковника Д.ДИДЕНКА, полк САУ (самоходных артиллерийских установок), минометные подразделения.

Квартал за кварталом брали с боем советские войска. А по улицам Шевченка и Ленинградской (теперь Леси Украинки) продвигались танковый и мотострелковый батальоны 63-й Челябинской танковой бригады, которые, форсировав Смотрич около карвасарской церкви, в первый же час штурма города овладели Русскими фольварками, где уничтожили вражескую артиллерийскую батарею, обстреливавшую Подзамче и Замковый мост.

Фашисты пытались остановить наши войска около больничного местечка. Но сюда уже подходил с севера 2-й батальон 16-й мехбригады, усиленный танковыми и минометными подразделениями. Немцы, окруженные на территории больницы, вынуждены были сдаться в плен.

До утра 26 марта Новый план, Польские фольварки и Белановка были очищены от врага. Гитлеровцы обороняли лишь район вокзала. Здесь они сосредоточили дивизион противотанковой артиллерии, батальон тяжелых танков, минометные подразделения, несколько сот пехотинцев.

Командир 10-го Уральского танкового корпуса генерал Е.БЕЛОВ приказал стянуть в район вокзала два танковых полка, дивизионы противотанковой артиллерии, минометные подразделения, четыре мотострелковых батальона. Окружив вокзал, утром 26 марта после мощной артиллерийской подготовки наши войска пошли в атаку. С последним узлом сопротивления врага в Каменце-Подольском был покончено.

Город на Смотриче снова стал свободным, освобожденным после 32-месячного фашистского порабощения. Во время штурма Каменца-Подольского враг понес большие потери. Было уничтожено около двух тысяч солдат и офицеров, 50 танков и бронетранспортеров, 17 пушек, 500 автомашин, взято в плен около 1,5 тысяч гитлеровцев, захвачены неповрежденными 14 танков и штурмовых пушек, 4 тысячи автомашин, 500 мотоциклов, 10 складов с продовольствием, боеприпасами, военным снаряжением.

В ознаменование выдающейся победы 27 марта Москва салютовала частям и соединениям 4-й танковой армии генерала Д.ЛЕЛЮШЕНКА двадцатью артиллерийскими залпами из 224 пушек. 49-й мехбригаде, которой принадлежала решающая роль в разгроме вражеских войск на Новом плане, присвоено звание гвардейской. Этой же бригаде, а также 6-й понтонной бригаде, 56-му отдельному танковому полку, 88-му отдельному инженерному батальону, восьми авиационным частям присвоены названия Каменец-Подольских.

НА ОГНЕННЫХ РУБЕЖАХ

Овладев Каменцем-Подольским и жванецкой переправой на Днестре, 4-я танковая армия генерала Д.Лелюшенко поставила проскуровскую и винницкую группу немецких войск в крайне тяжелое положение, так как единственная прямая шоссейная дорога на юг, куда они могли отходить ранее, оказалась заблокированной. Войска и транспортные колонны между Дунаевцами и Каменцем-Подольским остановились.
Но на третий день после штурмовой ночи к Каменцу-Подольскому начали подходить немецкие 1-я и 16-я танковые и 359-я и 371-я пехотные дивизии противника. Командующий немецкой 1-й танковой армией генерал Хубе приказал бросить часть их сил в бой, чтообы вернуть Каменец-Подольский и Жванец.

Генерал Д.Лелюшенко предугадывал такое развитие событий. Поэтому еще 26 марта он издает приказ о создании Каменец-Подольского гарнизона во главе с командиром 10-го гвардейского Уральского добровольческого танкового корпуса генералом Е.Беловым. Весь город делится на четыре сектора обороны. Ответственность за оборону секторов полагается на опытных офицеров.

Командарм знал, что в этот раз ему и войскам армии, незначительная часть которых сосредотачивалась в Орынине, где располагался армейский штаб, прийдется пройти через тяжелейшие испытания, так как с севера, со стороны Проскурова, надвигалась большая вражеская сила - танковая армада и пехотные дивизии, в которых насчитывалось около 150 тысяч человек. И все же он верил, что уральцы и сибиряки не подведут.

Его настроение улучшилось, когда из штаба доложили, что через толщу немецких войс 27 марта к Орынину прорвалась 30-я стрелковая дивизия полковника В.ЯНКОВСКОГО, а к Каменцу-Подольскому - легендарная 121-я Рыльско-Киевская стрелковая дивизия генерала И.ЛАДЫГИНА. Правда, эти соединения прибыли без артиллерии, транспорта, боеприпасов.

121-я стрелковая, 127-й танковый полк и часть сил 63-й Челябинской бригады заняли оборону на западных окраинах Должка.
Окружив Каменец-Подольский, фашисты начали наступление в полдень 28 марта одновременно с запада, севера и востока.

Большие силы (около 40 тяжелых и средних танков, два батальона пехоты) враг бросил со стороны Рыхты и Орынина. С нашей стороны в бой вступили лишь восемь танков 63-й Челябинской бригады. Трем вражеским танкам удалось прорваться в центр Должка, где располагались командные пункты наших частей, защищавших западный сектор. Один танк ворвался в расположение командного пункта пулеметной роты 383-го стрелкового полка 121-й дивизии. В бою с "тигром" командир роты, Герой Советского Союза С.КИРГИЗОВ погиб. Он похоронен там, где он боролся до конца.

Поскольку силы советского гарнизона были ограничены, то бойцам 88-го отдельного инженерного батальона пришлось исполнять не только основные обязанности, а и роль стрелкового подразделения. За ним был закреплен участок обороны возле Зиньковец.

Против батальона противник бросил танки и пехоту. Вражеские машины не прошли, так как передний край обороны подразделения был заминирован. А все атаки немецкой пехоты были отбиты. В ходе боев на окраинах Зиньковец уничтожено более 350 фашистов.

В ночь на 29 марта начальник гарнизона Е.Белов приказал отвести войска западного сектора обороны на более удобные позиции - на левый берег Смотрича. 88-й инженерный батальон занял оборону на Белановке, а полки 121-й стрелковой дивизии - на Польских фольварках и участке от Белановки до Проскуровского шоссе.

Крепость же командование гарнизона решило не сдавать, а включить в систему западного сектора города. Задание защищать ее было возложено на подразделение 49-й мехбригады в составе 17 человек во главе с лейтенантом И.СТЕЦЮКОМ. Потом сюда пробрался местный житель П.БАНИТ, который занял позицию на одной из башен.

Четверо суток бойцы маленького гарнизона, проявляя мужество и непоколебимость, защищали легендарную крепость, вероятно, в последний раз в ее 800-летней истории. Они контролировали подходы к крепости с запада и юга, отбивали атаки противника, который пытался прорваться к Замковому мосту. С вражескими танками расправлялась "тридцатьчетверка" лейтенанта П.КОПЕЙКИНА, которая заняла позицию у входа в Старую крепость.

Шесть героев обороны замка во время осады города погибли. Трое из них - М.КИРИЛОВСКИЙ, В.НОЖЕНКО, КРАСЮК - похоронены там, где полегли.

Непрерывно атаковали фашисты рубежи обороны частей гарнизона с севера, со стороны усадьбы бывшего совхоза и кирпичного завода.
574-й стрелковый полк 121-й дивизии вместе с 88-м инженерным батальоном окопался возле Белановки. В первый день осады города фашистам удалось прорваться в тыл этого полка. Они атаковали штаб полка. Сложилась критическая ситуация. Вынести в безопасное место полковую святыню - флаг - командир поручил сержанту В.ПОЛЯНСКОМУ и двум автоматчикам. Но первая же очередь из немецкого автомата скосила двух бойцов.

На помощь офицерам, занявшим круговую оборону возле штаба, прибыл взвод автоматчиков Героя Советского Союза МАКСИМЕНКА. В коротком, но отчаянном бою гитлеровцы были уничтожены.

Северо-восточные окраины города атаковал батальон вражеской пехоты и семь "тигров" и "пантер". В бой с фашистами вступила рота автоматчиков и противотанковая батарея лейтенанта Я.ХАРДЫКОВА из 29-й Унечской мотострелковой бригады.

Немецкие танки обходили позиции артиллеристов с флангов. Наши артиллеристы подпускали вражеские машины на близкое расстояние и в упор расстреливали их. Но потери были большими и в рядах артиллеристов. На последнюю уцелевшую пушку двинулась также последняя "пантера". Я.ХАРДЫКОВ, раненый в голову и руку, переборов боль, подполз к пушке и прямо в лоб стального чудовища вогнал бронебойный снаряд. Воодушевленные подвигом артиллеристов, бойцы мотострелковой бригады бросились в контратаку и разгромили вражескую пехоту. Лейтенант Я.ХАРДЫКОВ был удостоен высокого званяи Героя Советского Союза.

Напряженными были бои и на восточных окраинах города, особенно вблизи железнодорожного вокзала и в районе бывшего учбата (школы пограничников). Но и здесь воины 49-й механизированной бригады, 29-го и 56-го отдельных танковых полков стояли на смерть. Разгромив в последнем бою, случившемся в ночь на 1 пареля, два батальона пехоты и пулеметный взвод противника, советский гарнизон соединился с частями 221-й стрелковой дивизии полковника В.КУШНАРЕНКА из 38-й армии генерал-полковника К.МОСКАЛЕНКА. Город Каменец-Подольский был разблокирован.

После разблокирования 2 апреля Орынина, где располагался штаб и часть сил 4-й танковой армии, командарм Д.ЛЕЛЮШЕНКО получил директиву маршала Г.ЖУКОВА перекинуть армию на р.Стрипу, чтобы там укрепить оборону войск 1-го Украинского фронта, а трудящиеся Каменца-Подольского приступили к отстройке разрушенного оккупантами хозяйства родного города.

Иван ГАРНАГА, г.Каменец-Подольский.
газета "Кам`янець-Подільський ВІСНИК" №12 от 19 марта 1999 года

Читайте еще о событиях в городе во время Великой Отечественной войны: тут, здесь, тут, здесь, тут, здесь и тут.